«В сторону Германта», Пространство А, Санкт-Петербург, 2026
25 июня – 25 июля 2026
Куратор Дарья Болдарева
Научный консультант Ирина Варганова
Выставка «В сторону Германта» — новый проект художницы Дарьи Неретиной, созданный по итогам арт-резиденции в Пространстве А. Выставка обращается к водным ландшафтам Петербурга, исследуя территории, где природа постепенно меняет пространства, созданные человеком
Название выставки отсылает к роману Марселя Пруста «В поисках утраченного времени», в котором семья рассказчика ходила на прогулки в две противоположные стороны города Комбре и никогда не объединяла их в один день. Одна сторона, сторона Свана, шла по открытой равнине мимо цветущих изгородей и полей. Другая, сторона Германта, тянулась вдоль тенистой и зарастающей реки Вивоны, среди кувшинок, заводей и отражений. Эти две стороны стали для французского писателя двумя разными способами видеть мир.
Художница Дарья Неретина незаметно для себя повторяет эту онтологическую разницу прогулок. Если её прошлогодний проект «Пост-культурные: в тени» шёл стороной Свана, по земле подмосковной Черноголовки, где растения открыто и упрямо занимают заброшенные сады и пустыри, то новая петербургская выставка уходит в сторону Германта, к воде. Петербург устроен так, что город всё время уступает место воде, и любая дорога рано или поздно ведёт к ней. К берегам Финского залива, рек и торфяных озёр, где живут гидрофиты, прибрежные травы и одичавшие садовые виды, ушедшие к каналам, и где растение существует наполовину скрытым, наполовину видимым.
Сторона Германта Марселя Пруста — это речной мир, где пейзаж открывается взгляду не сразу, а излучинами, по кускам и дробно, и где свет, просачиваясь сквозь листву над водой, отражается от неё, рассыпается на блики, бесконечно блуждает. Тут у писателя видимое никогда не является одномерным и плоским, здесь всё устроено по принципу наложения. Глядя на воду, мы одновременно видим блеск поверхности, лист кувшинки на ней, опрокинутое небо и тёмную глубину. Мир собирается как сюр-отпечаток, полупрозрачная толща, слои которой просвечивают один сквозь другой.
Так же тянется и время этой стороны — не ровными отрезками, а замедляясь в заводях, поворачивая в излучинах, настырно возвращаясь и вихрями закручиваясь в водоворотах. И именно поэтому сторона Германта связана у Пруста с памятью гораздо сильнее, чем равнинная сторона Мезеглиза (Свана), где прошлое остаётся позади как пройденный участок поля. В этом смысле сторона Германта — сторона флюидного бытия, где время петляет и густеет вместе с рекой. Марсель Пруст оставляет нам один маленький портрет этого времени, и мне он кажется ключом для понимания пространства: «Сколько раз я наблюдал за гребцом, сколько раз я давал себе слово, когда буду жить самостоятельно, брать с него пример: выпустив из рук вёсла и запрокинув голову, он лежал на спине в лодке, которую уносило течением, видел только небо, медленно проплывавшее над ним, и лицо его выражало предвкушение счастья и покоя». Лодочник уже не смотрит на пейзаж Вивоны со стороны, он внутри него, и его покой возникает исключительно из того, что время воды наконец становится блаженным моментом безвременья посреди ускользающего потока.
Из этих отличий и складывается главный смысл стороны Германта как другого устройства видимого мира — это сплошная живая ткань, в которую вплетены и берег, и вода, и память идущего вдоль неё. Дарья Неретина работает именно с такой тканью, буквально перенося на неё сканограммы и фотографии ландшафта, сохраняя неточные, смещённые черты растений, с разрывами, наплывами и вспышками света, похожими на помехи памяти и рябь воспоминаний.
0